Прогрессивный рост площадей разбитых песков обратил на.себя внимание, и борьба с этой стихией проводится у нас даено. Так, еще в начале прошлого столетия были произведены посадки сосны на сыпучих песках по реке Северный Донец в Харьковской губ., в имении Данилевского. Позднее, в аракчеевские времена военные поселения обязывались закреплять сыпучие пески путем разведения шелюги и сосны. В 30—70-х годах закрепление песков на небольших площадях производилось казенным лесным ведомством министерства государственных имуществ. К этому времени, в частности, относятся облесительные работы на приморских песках близ Вентспилса, Лепаи, Нарвы и др. Начинаются работы по закреплению алешковских (на Днепре) и черниговских песков путем разведения на них шелюги, отчасти сосны, дуба и ясеня. В 80-х годах на упомянутых алешковских песках начинают культивироваться виноград и такие плодовые деревья, как абрикос и черешня.

В это же время в связи с катастрофическим ростом площадей голых песков возникает вопрос о закреплении прикаспийских песков (в междуречье рек Волги и Урала). Но и здесь работы ограничиваются небольшими посадками древесных пород (сосны, шелюги, дуба, тополей) и посевом песчаных растений.

Можно сказать, что до начала 90-х годов, т. е. в течение целого столетия, все пескоукрепительные работы носили местный, случайный характер и были весьма незначительны по своим размерам. 90-е годы заставили земства и крестьянские общества поставить вопрос о закреплении песков с большей остротой. Лесной департамент приступил к собиранию сведений о площадях сыпучих песков. На съездах лесничих и лесохозяев в различных губерниях также много говорилось о пескоукрепительных работах. Значительно позднее лесным департаментом на местах были учреждены специальные песчано-овражные партии.

Однако к практическому осуществлению пескоукрепительных работ лесной департамент приступил лишь в конце 90-х годов (Воронежская губ.), привлекая к этому делу земства, крестьянские общества и отдельных землевладельцев.

В связи с этим весьма примечателен другой случай. Короткопериодическая комета Брукс II, согласно вычислениям в 1886 г. (за полоборота до своего открытия), была в таком коротком сближении с Юпитером, что должна была почти коснуться его поверхности. Учитывая, что и в этом случае вычисления не могут претендовать на идеальную точность и что комета Брукс II действительно наблюдалась в первом появлении разделившейся на части, — можно считать, что она непосредственно подтверждает факт извержения.

Наиболее трудный вопрос гипотезы извержения связан с необходимостью предполагать большие начальные скорости на поверхности планет (47—60 км в секунду для Юпитера и 26—36 км в секунду для Сатурна). Определенных сведений о природе поверхности гигантских планет, окутанных плотной атмосферой, нет. Это заставляет с осторожностью относиться к возможности столь значительных скоростей. С этой точки зрения гипотезу извержения критиковали некоторые иностранные ученые. Они пытались учесть сопротивление планетной атмосферы. Так, шведский астроном Корлин подсчитал, что действительная скорость извержения должна превосходить 580 км в секунду. Однако такие расчеты не совсем обоснованы, так как вопрос об атмосферном сопротивлении сводится к рассмотрению условий «пробивания» атмосферы. При этом, если извергаются большие массы, влияние атмосферы на скорость извержения настолько мало, что им можно практически пренебречь. Однако это не меняет положения, так как скорость в 60 км в секунду для Юпитера или в 30 км в секунду для Сатурна очень велика Ее трудно согласовать с распространенными представлениями о природе больших планет.

Все это позволяет считать весьма вероятным, что остатки комет пополняют число малых тел — астероидов и метеоритов в солнечной системе. Наибольшие из малых планет можно считать остатками комет отдаленного времени и, следовательно, также продуктами эруптивной деятельности на планетах. Таковы в общих чертах идеи гипотезы извержения.

Советские астрономы активно разрабатывают и другие представления о происхождении комет. Профессор Орлов выдвинул в 1938 г. новую интересную мысль о происхождении комет в результате столкновений метеоритов с астероидами. Бомбардировка поверхности крупных космических тел метеоритами и метеорами происходит довольно часто. Об этом можно судить хотя бы по многочисленным падениям метеоритов и метеоров на Землю. Такая бомбардировка сопровождается мощными взрывными явлениями, изучавшимися в последнее время советским ученым Станюковичем. Она содействует распылению твердых масс, движущихся в солнечной системе, и, по-видимому, играет определенную роль в эволюции метеоритной и астероидной материи в солнечной системе. Объясняя непродолжительность к жизни комет и существование групп кометных орбит, пересекающихся в одной точке, — метеоритная теория, однако, в других вопросах встречается со значительными трудностями.

Прежде всего для преобразования круговой орбиты астероида в вытянутую орбиту кометного характера необходимы большие массы. Это преобразование может произойти только при столкновении астероида с телом таких же размеров, что крайне маловероятно. С другой стороны, при этом нельзя объяснить характерных особенностей орбит короткопериодических комет и их связи с Юпитером. Но главное заключается в том, что при этом предположении невозможно понять особенности химизма комет и причину появления характерных кометных газов, которых у астероидов не наблюдается. Это убеждает нас в том, что родственность астероидов и комет является следствием превращения комет в астероиды, а не наоборот.